((204)) MELNĀ MAĢIJA, RAGANAS BURVESTĪBAS: VAMPĪRA NĀVES PIEREDZE, RAGANAS UN ADĪTĀJAS ALMAS KRIŠANA | Nora DeGold

(LV org, ENG, RUS) My artwork: “MELNĀ MAĢIJA, RAGANAS BURVESTĪBAS: VAMPĪRA NĀVES PIEREDZE, RAGANAS UN ADĪTĀJAS ALMAS KRIŠANA / BLACK MAGIC, WITCH SPELLS: THE VAMPIRE'S DEATH EXPERIENCE, THE FALL OF ALMA THE WITCH AND KNITTER / ЧЕРНАЯ МАГИЯ, ВЕДЬМИНЫ ЗАКЛИНАНИЯ: ОПЫТ СМЕРТИ ВАМПИРА, ПАДЕНИЕ ВЕДЬМЫ И ВЯЗАЛЬЩИЦЫ АЛЬМЫ. Nora DeGold

LV org
Vampīra mammai Dainai Kalnmalei nebija draugu kā tādu, tā bija tos visus pasūtījusi vārda vistiešākajā nozīmē uz tualetes poda. To, ka Latvijas Karalistē dzīvo tik bīstami un šausmīgi zvēri, no kuriem ir jābēg kā no paša nelabā, Vampīrs tikai saprata, izejot cauri īpaši smagām mācību stundām, pinoties un draudzējoties ar zvēriem kā tādiem. Alma bija palikusi Vampīra mammas pēdējā draudzene, tā esot bijusi sētniece un adītāja, kura bija uzmetusies par draudzeni Dainai, kad Daina devusies pie viņas pēc adījumiem. Jo Vampīra bērnībā katram zvēram, kuram nebija laiks jeb nemācēja adīt, bija savs adītājs, pie kā zvēri devās, lai tiem saada adījumus ziemai, lai bezspalvainie pērtiķi nenosaltu. Jo Dievs no dusmām tiem ir atņēmis to kažociņu par to cūkas dabu, to noplēšot līdz pat pašai ādai.
Vampīra bērnībā zvēri nebija tik vēl tālu noklīduši savā prātiņā kā tas ir mūsu “modernajos” laikos un atteikušies no saviem apadītājiem, ka tie ir sākuši valkāt drēbes, kuras ir izgatavotas no īstas un 100% plastmasas jeb poliestera pusrobotizētajās rūpnīcās, kuras jau kā īstas plastmasas ziemas laikā palīdz apsaldēties, nevis dod siltumu un aizsardzību tiem plikajiem bezkažoka plikņiem.
Jā, te reizē mamma devās atkal ciemos pie Almas Šuišelēnas-Velēnas, kura dzīvoja daudzdzīvokļu bloku monstrā blakus pagalmā, kur mita Vampīrs ar savu mammu, un bija jau pirmo reizi paņemts līdzi sīkais, ap četru gadu jaunais Vampīrs, lai jau iepazītos ar Almas meitām. Almai bija veselas divas meitas. Vampīrs nopriecājās, ka mammai uzradusies forša draudzene, un tam tiks veselas divas meitenes, ar kurām spēlēties blakus pagalmā un arī pa Almas mājām.
Protams, abu meiteņu izcelsme nebija izprotama, jo Almai nebija vīrs kā tāds, līdz ar to pa puspilsētu klīda baumas, ka Alma tās abas meitenes esot salasījusi Liepājas piejūras krūmos. Vēl bija teorijas no zvēru puses, ka varbūt tai tās stārķis atnesis. Bija arī tādi, kas uzskatīja, ka tai esot izgājis kā bībelietei Marijai Zosei, ka tā tās esot dabūjusi no kaut kāda tur gara jeb spoka.
Bet tā Vampīram bija forša diena — tas no sirds spēlējās ar abām Almas meitām, kamēr mamma ar Almu virtuvē pie tējas bija iegrimušas sūrās sarunās, kuras ritēja stundām no vietas.
Tā tā skaistā diena ar jaunajām draudzenām atnāca un aizgāja, bet mamma vairāk pie Almas kā tādas negāja ciemos, un Almai bija uzradies jauns vārds, kuru iedeva tai Vampīra mamma Daina — Alma jeb Pēdējais Sūds. Jo tad pēc laika Vampīrs no mammas uzzināja, ka Alma esot mēģinājusi kārties Vampīra tēvam un Dainas vīram Raimondam Kalnmalim kaklā un izjaukt laulību. Bet Almai plāni uz Raimondu neesot izdevušies, jo viņam nekad nav patikušas tās tur “māmiņas” jeb izsmietās un piecūkotās, kuras savus bērnus kā lētas kuces bez tikuma un morāles bija kaut kur bez vīra salasījušas. Viņam no tādām vienmēr esot nācis īsts vēmiens, nevis vēlme ar tādām vēl cūkoties un iecūkoties.
Vēl Alma nodarbojās ar īstu melno maģiju. Šajā ziņā viņa bija tik spēcīga, ka tikai ar vienu pašu maģiju prata noskatīto upuri dabūt viņā saulē jeb mirušo valstībā. Tai nevajadzēja tā sakarā ne virtuves tos priekšmetus, ne Nāvējošo Vieliņu, ne ko citu. Jo Alma bija tā, kura arī mazo Vampīru dabūja ar savu melno maģiju tajā saulē, jo Vampīra uzadītajos cimdos viņa bija iešuvusi iekšpusē nāvējošos melnos krustus, ka tos velkot, Vampīrs paņēma un noķēra īstu kovidveidīgo vīrusu un arī reāli nomira. Vienīgi Almai nebija ienācis prātā nodrošināties uz augšāmcelšanās faktu, ja nu zvērs izdomā uzmest debesis un doties atpakaļ dzīvē. Tā Vampīrs izjauca Almas ļaunos plānus attiecībā uz viņu, toties par visu tā kļuva par Dainas nolādēšanas objektu daudzu gadu garumā, tai skaitā īpaši naudīgā un bagātā Daina vairāk neizmantoja Almas adīšanas pakalpojumus.
Tā visa sakarā Vampīrs ielūdz piedzīvot savu jauno gleznu ar pašu Almu priekšgalā — jeb īstu raganu, kuras burvestības ir liktenīgas. Un Vampīrs zina, ka šī glezna atkal pazudinās tā ienaidniekus, jo Alma savā ziņā bija Vampīram karmiski uzsūtīta, lai tas apgūtu to, ko tam bija jāapgūst, lai Vampīra radošie veikumi būtu arī ar nāvējošu efektu tā ienaidniekiem, nevis pa lielam tikai koša bilde un nevainīga izklaide.
Protams, lai patīk!

ENG

My artwork: “BLACK MAGIC, WITCH SPELLS: THE VAMPIRE'S DEATH EXPERIENCE, THE FALL OF ALMA THE WITCH AND KNITTER. Nora DeGold

The Vampire’s mother, Daina Kalnmale, had no friends as such; she had sent them all away in the most literal sense of the word — straight onto the toilet seat. The fact that such dangerous and terrifying beasts lived in the Kingdom of Latvia, beasts from whom one must flee as from the devil himself, the Vampire only understood after going through particularly harsh lessons, getting tangled up with and befriending beasts as they were. Alma had remained the Vampire’s mother’s last friend; she had supposedly been a janitor and a knitter who had attached herself to Daina as a friend when Daina went to her for knitted items. Because in the Vampire’s childhood, every beast who had no time or did not know how to knit had their own knitter, to whom the beasts went so they could get their winter knits made, so that the hairless monkeys would not freeze. For God, in His anger, had taken their fur from them for their piggish nature, ripping it off down to the very skin.
In the Vampire’s childhood, the beasts had not yet wandered so far off in their little minds as they have in our “modern” times, when they have abandoned their knitters and begun wearing clothes made from real and 100% plastic — polyester — in semi robotized factories, clothes which, like real plastic, help them freeze in winter rather than give warmth and protection to those naked, furless creatures.
Yes, on this occasion the mother again went to visit Alma Šuišelēna Velēna, who lived in a multi apartment block monster in the next courtyard where the Vampire lived with his mother, and for the first time the little one — the four year old Vampire — was taken along so he could meet Alma’s daughters. Alma had two whole daughters. The Vampire was delighted that his mother had found a cool friend and that he would get two girls to play with in the next courtyard and also in Alma’s home.
Of course, the origin of both girls was unclear, since Alma had no husband as such. Therefore, rumors spread across half the town that Alma had collected both girls from the bushes of the Liepāja seaside. There were also theories from the beasts that perhaps a stork had brought them. And there were those who believed that it had happened to her like to the biblical Mary Goose — that she had received them from some spirit or ghost.
But for the Vampire, it was a great day — he played wholeheartedly with both of Alma’s daughters while his mother and Alma in the kitchen over tea were immersed in bitter conversations that went on for hours.
Thus that beautiful day with the new friends came and went, but the mother no longer visited Alma as such, and Alma acquired a new name, given to her by the Vampire’s mother Daina — Alma, or The Last Turd. For later the Vampire learned from his mother that Alma had tried to hang herself around the neck of the Vampire’s father and Daina’s husband, Raimonds Kalnmalis, and break up the marriage. But Alma’s plans for Raimonds had not succeeded, because he had never liked those “mommies” — the mocked and defiled ones who had gathered their children somewhere without a husband like cheap bitches without virtue or morals. Such women had always made him feel real nausea, not any desire to mess around with them or pig around inside them.
Furthermore, Alma practiced real black magic. In this regard she was so powerful that with magic alone she could send her chosen victim into the other world — the realm of the dead. She needed neither kitchen tools nor the Deadly Substance nor anything else. For Alma was the one who also sent the little Vampire into that other world with her black magic, because in the knitted mittens she had made for him she had sewn deadly black crosses on the inside, and by putting them on, the Vampire caught a true kovid like virus and actually died. Only Alma had not thought to prepare for the resurrection factor — in case a beast decided to flip the heavens and return to life. Thus the Vampire ruined Alma’s evil plans regarding him, but because of all this he became the object of Daina’s cursing for many years, including the fact that the especially wealthy and prosperous Daina no longer used Alma’s knitting services.
In connection with all this, the Vampire invites you to experience his new painting with Alma herself at the forefront — a true witch whose spells are fatal. And the Vampire knows that this painting will again destroy his enemies, for Alma was, in a way, karmically sent to the Vampire so he could learn what he had to learn, so that the Vampire’s creative works would also have a deadly effect on his enemies, not merely be a bright picture and innocent entertainment.
Of course, enjoy!

RUS

My artwork: “ЧЕРНАЯ МАГИЯ, ВЕДЬМИНЫ ЗАКЛИНАНИЯ: ОПЫТ СМЕРТИ ВАМПИРА, ПАДЕНИЕ ВЕДЬМЫ И ВЯЗАЛЬЩИЦЫ АЛЬМЫ. Nora DeGold

У мамы Вампира, Дайны Калнмале, не было друзей как таковых — она всех их послала в самом прямом смысле слова, прямо на унитаз. То, что в Латвийском Королевстве живут такие опасные и ужасные звери, от которых нужно бежать как от самого нечистого, Вампир понял только, проходя через особенно тяжёлые уроки, запутываясь и дружась со зверями как таковыми. Альма оставалась последней подругой мамы Вампира; она будто бы была дворничихой и вязальщицей, которая прицепилась к Дайне как подруга, когда Дайна ходила к ней за вязанными вещами. Потому что в детстве Вампира у каждого зверя, у которого не было времени или умения вязать, был свой вязальщик, к которому звери ходили, чтобы им связали вещи на зиму, чтобы бесшерстные обезьяны не замёрзли. Ведь Бог в гневе отнял у них шёрстку за их свинскую натуру, содрав её до самой кожи.
В детстве Вампира звери ещё не так далеко сошли с ума, как это случилось в наши “современные” времена, когда они отказались от своих вязальщиков и начали носить одежду, изготовленную из настоящего и 100% пластика — полиэстера — на полу роботизированных фабриках, одежду, которая, как настоящий пластик, зимой помогает замёрзнуть, а не даёт тепло и защиту этим голым, безшёрстным тварям.
Да, в тот раз мама снова пошла в гости к Альме Шуйшелене Велене, которая жила в многоквартирном блочном монстре во дворе рядом, где жили Вампир и его мама, и впервые с собой был взят мелкий — четырёхлетний Вампир, чтобы познакомиться с дочерьми Альмы. У Альмы было целых две дочери. Вампир обрадовался, что у мамы появилась классная подруга, и что у него будет целых две девочки, с которыми можно играть во дворе и у Альмы дома.
Конечно, происхождение обеих девочек было непонятным, ведь у Альмы не было мужа как такового. Поэтому по полгорода ходили слухи, что Альма подобрала обеих девочек в кустах у побережья Лиепаи. Были и теории от зверей, что, может быть, их принёс аист. Были и такие, кто считал, что с ней вышло как с библейской Марией Гусыней, что она получила их от какого то духа или привидения.
Но для Вампира это был отличный день — он от души играл с обеими дочерьми Альмы, пока мама и Альма на кухне за чаем были погружены в суровые разговоры, которые длились часами.
Так тот прекрасный день с новыми подружками пришёл и ушёл, но мама больше не ходила к Альме в гости, и у Альмы появилось новое имя, которое дала ей мама Вампира, Дайна — Альма, или Последнее Дерьмо. Позже Вампир узнал от мамы, что Альма пыталась повиснуть на шее у отца Вампира и мужа Дайны, Раймонда Калнмалиса, и разрушить брак. Но планы Альмы на Раймонда не удались, потому что ему никогда не нравились эти “мамочки” — высмеянные и опороченные, которые собирали своих детей где то без мужа, как дешёвые сучки без чести и морали. От таких ему всегда становилось по настоящему тошно, а не хотелось с ними ещё свинячить и пересвинячиваться.
Кроме того, Альма занималась настоящей чёрной магией. В этом отношении она была настолько сильна, что одной лишь магией могла отправить выбранную жертву в тот свет — в царство мёртвых. Ей не нужны были ни кухонные предметы, ни Смертельное Вещество, ни что то ещё. Ведь именно Альма отправила маленького Вампира в тот свет своей чёрной магией, потому что в связанные для него варежки она вшила внутрь смертельные чёрные кресты, и, надев их, Вампир подхватил настоящий ковидоподобный вирус и действительно умер. Только Альма не додумалась предусмотреть фактор воскресения — вдруг зверь решит перевернуть небеса и вернуться к жизни. Так Вампир разрушил злые планы Альмы в отношении него, но из за всего этого он стал объектом проклятий Дайны на многие годы, включая то, что особенно богатая и состоятельная Дайна больше не пользовалась вязальными услугами Альмы.
В связи со всем этим Вампир приглашает пережить его новую картину с самой Альмой на переднем плане — настоящей ведьмой, чьи заклинания смертельны. И Вампир знает, что эта картина снова погубит его врагов, ведь Альма, в каком то смысле, была кармически послана Вампиру, чтобы он усвоил то, что должен был усвоить, чтобы творческие работы Вампира имели и смертельный эффект для его врагов, а не были просто яркой картинкой и невинным развлечением.
Конечно, приятного просмотра!

********
Autora juridiskā piezīme
Mākslas žanrs ir “dark fantasy art”. Šis mākslas darbs ir autortiesību objekts, radīts uz mākslinieciskās brīvības, personīgās pieredzes un fantāzijas pamata. Attēlotie tēli, notikumi, personas, vietas un institūcijas ir fikcija vai simbolika. Jebkura līdzība ar realitāti ir nejauša, mākslinieciski interpretēta vai konceptuāli pārveidota. Darbs var saturēt satīru, kritiku, hiperbolu un vizuālu alegoriju. Darbā iespējami iekļautie fakti, vietu apraksti vai vēsturiskas atsauces ir mākslinieciski interpretēti un nav uzskatāmi par precīziem vai pārbaudītiem avotiem. Skatītājs piekrīt, ka jebkāda interpretācija, emocionāla reakcija vai secinājums ir viņa paša atbildība. Autors neuzņemas nekādu juridisku, morālu vai emocionālu atbildību par mākslas darba uztveri, interpretāciju, ietekmi vai kontekstu, kādā to uztvēris tā patērētājs.

Author’s Legal Notice
The art genre is “dark fantasy art”. This artwork is a copyright-protected creation, based on artistic freedom, personal experience, and imagination. Depicted characters, events, individuals, places, and institutions are fictional or symbolic. Any resemblance to reality is coincidental, artistically interpreted, or conceptually transformed. The work may contain satire, critique, hyperbole, and visual allegory. Any included facts, location descriptions, or historical references are artistically interpreted and should not be considered accurate or verified sources. The viewer agrees that any interpretation, emotional reaction, or conclusion is their own responsibility. The author assumes no legal, moral, or emotional liability for the perception, interpretation, impact, or context in which the artwork is received by its consumer.
Note: This legal notice is provided in English for general understanding only. The original and legally binding version is written in the author’s native language — Latvian. In case of any doubt, misinterpretation, or dispute, please refer to the Latvian version. For full clarity, consider enrolling in a Latvian language course before engaging with the author.

Юридическое уведомление автора
Жанр искусства — "dark fantasy art". Данное произведение искусства является объектом авторского права, созданным на основе художественной свободы, личного опыта и фантазии. Изображённые персонажи, события, лица, места и учреждения являются вымышленными или символическими. Любое сходство с реальностью случайно, художественно интерпретировано или концептуально преобразовано. Работа может содержать сатиру, критику, гиперболу и визуальную аллегорию. Возможные включённые факты, описания мест или исторические отсылки являются художественной интерпретацией и не должны считаться точными или проверенными источниками. Зритель соглашается с тем, что любая интерпретация, эмоциональная реакция или вывод — это его личная ответственность. Автор не несёт юридической, моральной или эмоциональной ответственности за восприятие, интерпретацию, влияние или контекст, в котором произведение было воспринято потребителем.
Примечание: Данный юридический текст представлен на русском языке исключительно для общего понимания. Оригинальная и юридически действительная версия написана на родном языке автора — латышском. В случае сомнений, недопонимания или спора, пожалуйста, обращайтесь к латышской версии. Для полной ясности рекомендуется записаться на курсы латышского языка перед тем, как вступать в взаимодействие с автором.